Листая старые страницы...

В том-то вся и закавыка
И особый наш уклад,
Что от мала до велика
Все у нас руководят.

- Как же так - без производства,
Возражает новичок,-
Чтобы только руководство?
- Нет, не только. И учет.

В том-то, брат, и суть вопроса,
Что темна для простаков:
Тут ни пашни, ни покоса,
Ни заводов, ни станков.
Нам бы это все мешало -
Уголь, сталь, зерно, стада…

- Ах, вот так! Тогда, пожалуй,
Ничего. А то беда.
Это вроде как машина
Скорой помощи идет:
Сама режет, сама давит,
Сама помощь подает.

(А.Т. Твардовский. «Теркин на том свете». По изданию 1988 года)

Промышленная и акционерная горячка, после всеобщего затишья, вдруг очутилась на самом зените. Проекты сыпались за проектами; акционерные компании нарождались одна за другою, как грибы в мочливое время. Люди, которым дотоле присваивались презрительные наименования "соломенных голов", "гороховых шутов", "проходимцев" и даже подлецов вдруг оказывались гениями, перед грандиозностию соображений которых слепли глаза у всех не посвященных в тайны жульничества. Всех русских быков предполагалось посолить и в соленом виде отправить за границу. Все русские болота представлялось необходимым разработать, и извлеченные из торфа продукты отправить за границу…. Хмель, лен, пенька, сало, кожи - на все завистливым оком взглянули домашние ловкачи-реформаторы и из всего изъявляли твердое намерение выжать сок до последней капли.

М.Е. Салтыков-Щедрин. "Господа ташкентцы". 1869-1872 годы.

Последние триста лет
были периодом разбоя, но это совсем неплохо, так как разбой
свидетельствует о свободе личности, а свобода всегда была высшим идеалом
людей-кошек. (Примечание. Слово "свобода" в кошачьем языке не совпадает по
своему значению с аналогичным китайским словом. Люди-кошки называют
свободой насилие над другими, отказ от совместной деятельности,
произвол… Отсюда разобщенными оказываются не только мужчины и женщины,
но и все люди. Свободный человек не позволяет окружающим касаться его.
Встретившись, люди-кошки выражают почтение друг другу не рукопожатием или
поцелуем, а отворачиваясь друг от друга.)

Лао Шэ. Записки о Кошачьем городе. 1933 год

Во ты даешь дядя Вова! Я не появлялся здесь года 2 а сейчас у меня другой ник. НО что меня удивляет: то что тебя только сейчас посетила такая мысль! Ну ты ! Она тебя только посетила, а должна-бы прочно укрепится.

Что поделать - я вообще наивный. До ВВП я верил, что для работы на руководящей должности нужен хотя бы характер. До Медведева я верил, что премьер должен быть если не умным, то хотя бы исполнительным…
А сколько у меня еще иллюзий остается. Например, я иногда верю, что при общении не стоит грубить.

Достаточно посмотреть на воспевание ценностей сейчас,что бы понять к чему может привести нас НАСТОЯЩЕЕ!